‘Жизнь замечательного композитора А.К. Глазунова’
Эпилог
Шло время. Оно, как всегда, подчиняло события своей неумолимой логике. В стремительном рождении нового проверялись и переоценивались ценности, отметалось не выдержавшее испытаний, а истинно прекрасное оставалось жить, переходя из поколения в поколение.
На чужбине
Утро 15 июня 1928 года застало Глазунова на Витебском вокзале. Он стоял у вагона в толпе провожавших его учеников и преподавателей консерватории и неловко держал букет из сирени, роз и левкоев, который преподнесли ему на прощание ученики. Его уже немолодое, изборожденное морщинами лицо, обращенное к ним, было полно такой бесконечной доброты, что скупые фразы прощания, которые он произносил, наполнялись для всех гораздо более глубоким и значительным смыслом. Когда поезд тронулся, Александр Константинович вошел в купе, поставил букет в банку с водой, которую дал ему проводник, и купе сразу же стало более нарядным и уютным. Всю дорогу до границы цветы стояли на столике, и их красота и нежный аромат придавали поездке оттенок праздничности. Им суждено было стать последними цветами его родины.
В дни испытаний
Все было кончено. По опустевшим улицам притихшего Петербурга морозный ветер гнал бумажный мусор — обрывки военных приказов, театральных афиш... Пестрые лоскутки бумаги, с присохшим на них клейстером, зловеще шурша, ползли вместе со снежными змеями поземки...
Консерватория
Глазунов вошел в класс, подошел к столу и остановился. Спокойно и внимательно взглянул на обращенные к нему лица. В них можно было прочесть огромное уважение к великому музыканту, «который все знает, все понимает и все может, который для всех пример». Так охарактеризо вал Глазунова его учитель Римский-Корсаков, так думали о нем все.
Озерки, лето
В 1895 году Глазуновы купили дачу, расположенную недалеко от Петербурга по Финляндской железной дороге. Дача была двухэтажная, с большой красивой террасой. Она стояла в одном нз небольших садов местечка Озерки, и с 1895 года композитор проводил в ней каждое лето. В Озерках среди почти полного уединения Александру Константиновичу работалось особенно легко, и планы новых произведений возникали один за другим. Глазунову нравилось обдумывать их в расположенном неподалеку Шуваловском парке, пленявшем композитора чисто русской красотой. Он часто бродил по его узенькой дорожке между высоких елей и папоротников. «Люблю здесь слушать тишину», — говорил он.
Теги: финал
Loading ...